Магид С.

В долине Элах. – М.: Водолей, 2010. – 216 с.

ISBN 978-5-91763-033-5

Поэт, прозаик, эссеист, переводчик Сергей Магид родился в 1947 г. в Ленинграде. Окончил филфак ЛГУ. В середине 1970-х гг. начал читать Т. С. Элиота, ээ каммингса, Э. Паунда, чья поэтика, эстетика и философия, наравне с поэзией Мандельштама и Пастернака, долгие годы воздействовали на его воображение. Не имея возможности официальных публикаций, С. Магид печатался в ленинградских и рижских самиздатских журналах; в двух из них был в числе организаторов и редакторов. Участвовал в ленинградском полуподпольном объединении поэтов, прозаиков и переводчиков «Клуб–81». С 1990 г. Сергей Магид живет в Праге. Помимо работы в Национальной библиотеке Чешской республики, он стал профессиональным историком, редактором исторического отдела пражского русскоязычного журнала «Россика». Единственная книга стихотворений С. Магида «Зона служенья» вышла в России в 2003 г.

* * *

пергамент сгорает буквы летят на небо
сказал рабби ханина сжигаемый в свитке торы
на небе напишется кто был кто не был
пока Сущий дозором обходит горы
пока в красные чернила перо макая
со словами мира любви привета
бредут правнуки бен заккая
без земли но путем завета
мимо города элия капитолина
где прописки лишен иуда
где живет лишь буквы глина
с примесью чуда.

ОБ АВТОРЕ


Сергей Магид родился в 1947 г. в Ленинграде. Окончил в 1976 г. филфак ЛГУ, защитив диплом по теме «Т. С. Элиот. Бесплодная земля: истоки, метод, текст». Это был первый в СССР студенческий диплом по Т. С. Элиоту. В те годы, когда католика и антикоммуниста Элиота в СССР называли «гиеной за пишущей машинкой», выбор темы проходил с боем: кафедра зарубежных литератур долго отказывалась утвердить ее. Хотя работа была оценена на отлично с отличием, автор, за неимением возможности быть оставленным в аспирантуре ЛГУ в связи с «пятым пунктом», был рекомендован в аспирантуру ленинградского Института Театра, Музыки и Кинематографии, куда его, по тем же причинам, не приняли.
Элиота, ээ каммингса, Паунда С. Магид начал читать еще в середине 1970-х гг., и их поэтика, эстетика и философия, наравне с поэзией Мандельштама и Пастернака, долгие годы воздействовали на его воображение. Именно от них, от американцев, пошел «свободный стих» Магида середины 1980-х, начавший постепенно размывать у него «классику» мандельштамовско-кривулинского извода. Работая сторожем, сутки через трое, Магид написал свой первый, главный в то время сборник стихов «ниже уровня воздуха» (1984 г.), который не напечатан до сих пор.
Не имея возможности официальных публикаций, Сергей Магид печатался в ленинградских и рижских самиздатских журналах, а у истоков двух из них – журнала переводчиков «Предлог» (1983–1987) и политичес­кого журнала «Демократия и мы» (1988–1990) – стоял как один из организаторов и редакторов. Участвовал в ленинградском полуподпольном объединении поэтов, прозаиков и переводчиков «Клуб–81» (1981–1988). «Клуб», располагавшийся в арендованном с разрешения ЛенКГБ у одной жилконторы подвале с обшарпанными стенами, был важнейшей частью литературной жизни в тоталитарном и антисемитском Ленинграде, своего рода «свободной территорией» России.
С 1990 г. Сергей Магид живет в Праге. Помимо работы в Национальной библиотеке Чешской республики, он стал профессиональным историком, редактором исторического отдела пражского русскоязычного журнала «Россика», издаваемого Славянским институтом. Несколько статей С. Магида по истории и философии напечатаны в российских и чешских специальных журналах  и сборниках на русском и чешском языках. В настоящее время занимается биографией Т. Г. Масарика и историей чехословацких легионеров в России в 1914–1920 гг.

 

уганда

в 1905 г. старому нахуму предложили уганду
зачем вам палестина сказали ему
палестина это камень песок одичалые горы
запущенные степи тощие реки безлесье отвратительное побережье
солончаки малярия бедуины саранча
зато уганда это рай
рай покоя
на что нахум сказал
рай не есть место покоя
и ублажения похотей тела
рай есть форма исполнения веры
и с этой точки зрения уганда быть раем никак не может
что мне уганда сказал нахум
когда я ищу сион
разве африка ханаан спросил нахум
разве бушурумба иерусалим
если такой герцль имеет силу собрать израиль в сион
то я его человек
если у герцля нет силы для сиона я скажу ему
господин доктор сделайте мне прошу вас милость
оставляйте старого нахума в покое
починять часы в вологде.

[Владимир Хазан. Пинхас Рутенберг. От террориста к сионисту.
Опыт идентификации человека, который делал историю. М., 2009]

 

быт 32, 22-32

встал в ту ночь
взял двух своих жен двух рабынь одиннадцать сыновей
перешел вброд реку иавок перевел всех кто был с ним
сам отошел на берег по нужде
тут Кто-то на него прыгнул из прибрежных кустов
он среагировал начали драться дрались до утренних сумерек
Тот понял что его не одолеть в человеческой схватке
сделал ему Божественную подножку так что он сразу охромел
а потом спрашивает как имя твое
он сказал иаков зовут меня будто Ты не знаешь
нет сказал Тот отныне ты сруль живуший в россии что значит
спорящий с Богом дискутирующий со всеми
иаков был поражен не знал что ответить Тот сказал
благословляю тебя на жизнь сруля в русской земле
ибо в ней всякий иаков должен быть срулем чтобы выжить
да будет благословен в ней всякий сруль живой и мертвый
разошлись

он назвал место это бен-эль что значит
вижу Бога лицом к лицу но не гибнет душа моя пошел
хромая
к востоку от иавока
все больше сворачивая на север

с тех пор сруль полемизирует с Богом ведет с ним тяжбы
ни в чем Ему не уступает упрямо хромает
осмеливается входить к русским женщинам
пить с русскими мужчинами
заводить русских детей
но каждую ночь ему сниться берег реки иавок
Борющийся с ним ставит ему подножку
он начинае хромать просыпается вылезает из-под одеяла
ковыляет к плите припадая на левую ногу
ставит чайник говорит себе теперь я сруль
не уступающий Богу
что делать надо продолжать раз попросили
хотя Он и уговаривает меня cнова вернуться на берег иавока
к женам рабыням одиннадцати сыновьям
а я упрямо говорю нет
здесь мой иавок здесь мои женщины здесь мои сыновья
но если б вы знали как страшно болит левое бедро
как болит
особенно ночью
когда мы сходимся вновь
на берегу фонтанки мойки малой невки обводного канала
охты смоленки канонерки прочих местных потоков
где Он все пытается переспорить меня
а я говорю Ему я же сруль
в россии борющийся с Богом
Ты же сам этого хотел когда ставил мне
Свою Божественную подножку
или нет?

 

 

быт 21, 8-20

авраам был восьмидесяти шести лет
когда египтянка агарь родила ему измаила
ста лет когда сарра родила ему исаака
увидела сарра что сын агари измаил
насмехается над исааком
сказала мужу гони ее в три шеи не хочу ее видеть
агарь с измаилом пошли заблудились в пустыне
не стало у них воды агарь оставила сына
пошла села вдали чтобы не видеть его смерти
тут бог евреев услышал голос измаила
открыл глаза агари она увидела колодезь с живой водой
напоила отрока с которым был бог
измаил вырос стал жить в пустыне сделался стрелком из лука
пришел к исааку сказал наш отец позволил
твоей матери выгнать мою
хочу свою долю наследства исаак сказал хорошо
вот тебе государство палестина и закончим на этом
нет сказал измаил этого мало
чего же ты хочешь спросил исаак
твою жизнь сказал измаил и жизнь всех твоих детей
чтобы я мог так же изгнать их в пустыню
как твоя мать изгнала мою
ну это дудки сказал исаак это несправедливо
сын за отца не отвечает депортации народов осуждены
плевать сказал измаил и положил стрелу на тетиву
с тех пор стрела лежит на тетиве измаила
а исаак ходит по судам и ищет справедливости
но все говорят ему твоя мать выгнала мать измаила в пустыню
теперь сам иди в нее ты и дети твои и внуки твои и правнуки
так они и стоят там на границе песков
измаил со стрелой на тетиве
исаак с грудой учебников по гражданскому праву
ни к чему не годных
и все забыли что задолго
до всякого дележа земель
все началось с насмешек
сына агари над сыном сарры
все началось с дедовщины
когда старик измаил
мучил салагу исаака
бытие двадцать один девять
мучает и будет мучить
до дембеля.


колонизация I

пауль карелл пишет
что немцев под москвой остановили
грязь мороз снег отсутствие ружейного масла
боеприпасов теплой еды и еще
там была какая-то суетливая русская оборона
которую ни фига не стоило преодолеть
если бы не грязь мороз снег отсутствие ружейного масла
и еще
там было двадцать пять дивизий московских ополченцев
полегших полностью
и два полка конницы пошедшей в атаку с саблями наголо
за десять минут их было убито две
с половиной тысячи ну и мороз снег
опять же отсутствие ружейного масла
еще какие-то мальчишки
курсанты военных школ
тех мы выбивали как зайцев на большой охоте
и если бы не мороз
но тут пришли сибиряки все как один
охотники на белок стреляющие их в глаз
главное в валенках и полушубках
с теплой едой боеприпасами и ружейным маслом
и мы попали в западню которую учинили нам русские
отступавшие как кутузов по большой смоленской дороге
и вообще вся эта война
была заговором жидобольшевизма
и англосаксонской плутократии

в германии в каждом городке
памятники двадцатилетним героям
павшим защищая цивилизацию
на восточном фронте
бесконечные вереницы имен
пожертвовавших собой во имя западных ценностей
и уже непонятно что это была за троянская война
кто в ней победил ахейцы или трояне
за что погиб гектор
за что ахилл
если результатом всего этого является
(прямо по ключевскому) колонизация германии русскоязычными
и кругом их русский язык типа шо чё щас блин западло
и писательские союзы в которых все они
с сарказмом описывают свое неудовлетворение европой
а тут мороз сорок градусов снегу по яйца пулемет снова засекся
и сибиряки лезут как тараканы из всех щелей.

 

 

*

вы спрашиваете
что погубило шесть миллионов
во время предпоследней племенной разборки?
(последней можете считать любую
из бывших потом) –

любопытство и любовь к дискуссиям

мы видите ли настолько привыкли к тому уровню морали
который был записан на десяти наших каменных досках
в 1600 году до вашей эры
что просто не в состоянии поверить
что кто-то может быть ниже его
и постоянно любопытствуем
как это может быть

нам совершенно непонятен
тот вполне доступный вашему пониманию факт
что кто-то может моралью вообще не обладать
то есть как моральное существо просто не быть
и убивать ваших младенцев
а мы продолжаем дискутировать о этом

мы видите ли привыкли все обсуждать
привыкли полемизировать дебатировать
конфронтировать разные точки зрения
потому что истина до того как стать единой
и единственной для всех
(если это вообще кому-нибудь нужно?)
должна быть обсуждена и даже после этого
должна корректироваться и окружаться поправками
по числу участников спора

и вот мы искали эту истину и любопытствовали
до какой же меры не совсем корректного поведения
могут дойти весьма нами уважаемые соседи
столько столетий лупившие нас
по одному ну по дюжине
но не по шести же миллионам зараз

и вот мы спорили и любопытствовали
куда же едут эти поезда и что надо брать с собой
и как везти пинхаса с его бронхитом
и хватит ли там теплых вещей и надо ли запастись деньгами
и сколько комнат на семью будет в тамошних квартирах
и получат ли там музыканты музыкальные инструменты
(и в гуманном терезине действительно получили
даже задолго до отправки в освенцим)
и только один или два из нас
обычные мишугинер копф
говорили ой вей все это не к добру
не туда нас везут не туда
не течет там живая вода айн цвай

но мы их не слушали и продолжали дискутировать
о том что это за трубы там торчат над домами
и почему же нам теперь надо раздеться догола
и насколько догола
и неужели женщинам вместе с мужчинами
и почему надо входить в эти холодные душевые
да еще и с нашими детьми и нашими родителями
и даже когда мы все
ну почти все
все уже поняли
мы все еще дискутировали о том что будет
когда включат этот душ наверху
и польет ли из него вода горячая и если да
то насколько горячая а если нет то насколько
холодная насколько чистая насколько ключевая
чтобы смыть с нас всю нашу земную грязь
чтобы мы неоскверненными
предстали пред

и тут кто-то начал любопытствовать
что же собственно будет там
пред и возле
и мы начали дискутировать о степени перьеоснащенности
и мере грузоподъемности архангельских крыльев
и все еще были в середине этого любопытнейшего
не только с теоретической
но и с практической точки зрения спора
когда душ включили
к сожалению.

 

БАБОЧКА С ЛИЦОМ ИЕРЕМИИ



Несложный, в сущности, прием: «present in the past». Говорить о прош­лом категориями настоящего. Не осовременивая, не привнося произвольно «мудрости дня сего», не становясь (не важно: за Гегелем или за Шлегелем)  историком-пророком, «предсказывающим назад». Просто мыслить о нем, вести с ним «разговоры запросто» нынешними, подвернувшимися под руку предметами и словами, без священного трепета и прочих приличествующих наклонений. Тогда прошлое заговорит с нами.
Прием содержательно необратимый. Попробуйте перенести в день сегодняшний Гильгамеша или героев Гомера, действенно включить их в хронику текущих событий. Попробуйте описать в гомеровской стилистической или образной оптике какую-нибудь современную операцию «по принуждению к миру» либо глянцевых персонажей политического или общественного бомонда. Вы не получите ничего, кроме вульгаризирующего римейка, комикса, иронической многозначительности, в лучшем случае – пародии.
Но когда «точная фантазия» безошибочно вчитывает актуальное время в историческое, тогда в дело вступает алхимия, и душа явственно заявляет о своем существовании внезапным перехватом, неуютом, замиранием по месту жительства – под ложечкой, – как одобрительно подтверждал ощущения Хаусмена Киплинг. Заявляет ужасом узнавания, напряжением силовых линий смысла, неожиданно описавших круг и вернувшихся вспять: от Откровения к Бытию. И тогда библейский образ, сообщающий, что будет, «если не покаетесь и не обратитесь», образ, для которого еще не было реалий и слов, – лишь иносказательное выражение (впрямую визуализированное Блейком), – вдруг получает ошеломляющее материальное воплощение. Тогда насылает Господь «фантом» и «миг-29» на двух царей аморрейских; движутся по Синайской пустыне вслед Моисееву народу египетские «тридцатьчетверки» и «фердинанды» генерала Роммеля. А жестоковыйный народ всё спорит: что надо брать с собой, и как везти пинхаса с его бронхитом, и вообще, «разве нет гробов в египте? за каким чертом ты завел нас сюда, сусанин пареный?»

История – поле смысловых смещений и пространственных перемещений. Ленинградский поэт, филолог, до начала ХХI в. публиковавшийся почти исключительно в Самиздате, Сергей Магид стал в 1990-х гг. пражским библиотекарем, исследователем истории государства чехов и словаков, оставаясь по-прежнему русским поэтом. Трудно подыскать лучшее место историософской каббале его стихов, блуждающих меж пражским гетто и «восточным рейхом». Далекие от «избранной лирики», заряженные, как хасидские притчи, угловатым смыслом, окольной, неудобной мудростью, они постоянно отвечают вопросом на вопрос, создавая между полюсами развернутых спиной друг к другу вопросительных знаков творческий «ложный вакуум», порождающий миры, согласно представлениям современной физики. Впрочем, согласно «Берешит» – также. Нетрудно понять, что делает в книге – уже в самом ее начале – Мейстер Экхарт. «Ибо духовное утешение Бога – нежно».
Получив свою «божественную подножку», несмотря на явный «историко-культурный» изначальный импульс многих стихотворений, Магид не стал поэтом-библиотекарем, поэтом-книжником. Всё «книжное» перегорело, переплавилось в мысль, в событие личного опыта, факт внут­ренней биографии.

не писать историю
не писать философию
не писать культурологию
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
записывать сиюминутную мысль
чувство
предвидение
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
фрагмент фрагмента
фразу
слово

оно было и есть у Бога
было и есть Бог
всё на месте
никуда не делось

«Пергамент сгорает, буквы летят на небо», – повторяет Сергей Магид за рабби Ханиной, продолжая свой бег навстречу Голиафу «в долине дуба, в долине Элах». И хотя едва ли поэзия – рай, но бесспорно и она тоже – «форма исполнения веры», отойти от которой невозможно, если вступил однажды на лествицу Иакова. Тогда есть надежда, что чреватое нами прошлое – past – не превратится во всепожирающую «пасть» Зверя, в «ловушку», «западню» (чешского контекста).
И тогда «стрекоза с лицом Иова» услышит, что никто не говорил обо Мне так верно, как раб Мой Иов.

Е.К.

Купить в интернет-магазинах: