Замятин Д. Н.

Булгуннях снов. Книга стихов. – М.: Водолей, 2015. – 88 с.

ISBN 978–5–91763–256–8

В книге сделана попытка создать новые поэтические пространства на границе авангардных и архаических речевых конструкций свободного стиха. Русский язык представлен здесь как поле фрактальных словесных ландшафтов. Книга может быть интересна всем любителям современной русской поэзии, преподавателям и студентам филологических специальностей.

 




* * *

имя захватывая сверканием года
ты
прорвался через три неба

здесь твоя мысль
то
что называется вторым детством

гортанные
спонтанные печальные птицы
в дворцах заброшенных знати забытой
на взгляда ветвях неверных рассевшись

нелегко
неба мозг пойти и принести
ибо
разума древних царей вещи постыдны
там говорят они
где живут

но

мысли луной родившись
я засеваю жильё пространства ибо
ниточки не привязаны жизни
к куклам заношенных мест


ЗЕМЛЯДЬ

из трав ты возникаешь и огня
полей алеющих бессменный базилевс
запрокинувшись летом голым
на сумерек рогах оленьих
лугов оладьями
речей лодьями

здесь осень и дожди
бывают

ногами ветра двумя
закутайся же в дрожь и
поймы топляки
одушевлённой пашней сделай мысль
надвинувшись познаньем на объект
в мать-землю эту землядь
как шерсть и шерть чужого благородства нежную

сползай же

(и бабочка и пламя в облацех)

собери своё тело ландшафтом скоблёным полудня
намажь себя блеском успеха

он знает сложенные клады
отцов ушедших в дали
в виденья чистую обитель
бродом проходят скопом они
склонами языка лужёными
прибрежными зонами
абиссинией абиссалей
силой синей

и только

(в облацех пламенеющих бабочка)


* * *

чёрному-чёрному по пути
золотистые птицы
дождя жертвенным жестом
вперены в

путешественное т/дело небес

в прозрачно-призрачной сметане пустоты
пространство больше чем неумиранье
и тело
глаз бытия единственный и
глас

не будешь ты в дальнейшем тень отбрасывать
повозкой мысли
на неба спине
песней направленный вверх
плывёшь

легко сказать иди в себя когда
находишься внутри потока
один ты
помещённый в истину
тело заостряющий бегун своё
прикрепил ты к места знамени свет
пространства раздеваясь даром

он одевается в небо
западом жертвуя снов

о

господин речи


* * *

ветхих парча событий
распадающаяся

давала себя знать
вещей напряжённая смута
язык пустотного натяжения
дрожит затверженным контуром
на краю где-то шершня бумаги пораненного
в ледяной экспедиции внутренней дали
где флейта сердец голося содрогаясь
со спин мирозданий скользит


* * *

путешествуя тела из
глиной жизни мягкой и влажной

в бегстве себя самого удержать
морские образы
всасывая
смыслов сладостный вкус солёных

и в зрачков черноте размазанных
движеньем сердца
земли камень и печень
помнить сиречь забывать
словеса светоносные дхармопространства

дерева полускульптурой
и сна


* * *

ночь надлежит этому месту

в союзе золота и зёрен
в ма(с)лине смуглой мглы
небытия после
ты
можешь быть

но

в беглом белого прикосновении
мелюзины волокнами зарастающий полдень
пустеющей памяти
протекает пространством мелким

о как сияет
китайское мёртвое солнце


* * *

духа перья
образы топорщат
цветные
сон в тонущем саду заснеженный
в упругости своей стесняет мразом нас

(не ломкость лживаго я щастья представляю)

женское бледно-голубое письмо
языка и сердца раскол
стало слаще
стали стиля хищной самой

душный жаркий шекспир обволакивающе
в эротической глухомани
оперой дышит эллады арктической
даждь дождь жено

и

в литаний лопотанье
прождав
жаден
иду

ужо тебе


* * *

от туле
вплоть до тапробаны
железо дышит нежно так
уже был в глубине минуты вечер
где широта
состояние истины

где путешественника мучал кругозор
негладкое биение покоя
и с разума ристалищ соскользнув
путь грусток есть и остр
оземствован он бысть в места пустая
он нетерпяху бысть
мимотекущу пищу бытия вкушая

и хляби скорбь
творила жён арийских плач
забытой картой неба звёздного
у центра всех вещей
у точки
где нет предчувствий дальних боли линий

более

Купить в интернет-магазинах: